Бетал Хагуцирович Блаев


Бетал Хагуцирович Блаев родился 5 мая 1929 года в поселке Терек Терского района Кабардино-Балкарии. Старший сын Хагуциры Асхадовича Блаева.

До 1942 года - начала оккупации фашистами пос. Терек - Бетал учился в средней школе № 1, успел закончить 5 классов. Он был старшим мальчиком в семье и поэтому миссия кормильца после смерти отца (Хагуцира умер, когда Беталу было всего 10 лет) легла на его неокрепшие, детские плечи. В суровые, голодные послевоенные годы, в возрасте 13 лет, начал он свою трудовую деятельность. После освобождения республики от оккупации в 1943 году его устроили на работу в "Заготскот" чабаном.

"Заготскот" - организация, разводившая крупный рогатый скот и овец. Ее зимние кошары располагались на хребте "Арик" между селами Тамбовка, Арик и Терекское (Булатово). Расстояние от кошар до станции Муртазово (пос. Терек) составляло 20 км. А летние пастбища были в Эльбрусском районе, в урочищах Темрез-Кол и Хакуафа у горы Науджидза, в 15 км восточнее г. Тырныауза. Эти высокогорные пастбища были расположены на высоте 2500-2700 метров над уровнем моря.

Мальчик работал с пожилыми кабардинцами, которые относились к нему по-кавказски строго, требуя от него, младшего, бесприкословного подчинения. Однако, несмотря на трудности, это общение помогло ему познать множество обычаев, намыс, культуру уважения старших.

Зимой скот не хребте Арик содержали в кошарах, сделанных из плетня, обмазанного глиной с кизяками (смесь земли и помета животных). Помещение для чабанов было из того же материала, но накрыто соломой. Обогрева никакого, костер для приготовления пищи и сушки мокрой одежды разжигался внутри кошары. Овцы охранялись собаками-волкодавами, но все равно на отару часто нападали волки. Они не давали чабанам покоя.

И в дождь, и в снег Бетал находился на кошаре или на пастбище. Один или два раза в неделю его отпускали домой, иногда пешком, иногда на лошади - помыться, постираться. Одежда на нем была скудная. "Заготскот" раз в год выдавал спецовку - ватные штаны и телогрейку. А обувь чабаны шили сами из сыромятной кожи, смазанной солидолом (кабардинские мокасины "гончерык"). Обувь шили достаточно свободной, во внутрь подкладывали для тепла солому. В сырую погоду гончерыки расползались и не держали воду, поэтому ноги всегда были мокрыми.

Однажды все взрослые чабаны ушли в Муртазово домой на побывку, а Бетала оставили на кошаре дежурным. Поздно ночью он разжег костер, чтобы согреться и высушить одежду. Тепло его разморило, и он, бедняга, заснул. Одежда его перегрелась и вспыхнула, пламя костра поднялось высоко, загорелась кошара. Чудом Бетал выбрался из кошары, тушить было нечем - воды не было, она была привозная. Вся кошара и одежда Бетала сгорели. В то время за ущерб госимуществу сажали в тюрьму, и только благодаря Люце, которая уже тогда работала в нарсуде, и ходатайству во всех инстанциях мамы Бетала его чудом не упекли в тюрьму.

В то время на летние пастбища скот не перевозили на автомашинах, а перегоняли пешком. Поэтому Беталу, где на лошади, а где пешком, приходилось со взрослыми перегонять скот из пос. Терек до высокогорных пастбищ на расстояние 150 км. Весной - на летние пастбища, а осенью - обратно на зимние. Это была каторга для взрослых, и, тем более, для подростка.

На высокогорных пастбищах в пасмурную погоду овцы теряли ориентацию в тумане и пропадали. Их приходилось искать. Одним словом, Бетал сполна хлебнул тяжесть сельского скотоводческого труда, но физически закалился, питался здоровой свежей пищей, окреп и оказал неоценимую помощь семье. Раз в месяц он получал паек - палочку колбасы, 1-2 кг свежего мяса, литр подсолнечного масла и др. Все приносил домой, и в это время в семье был маленький праздник.

Не успела семья нарадоваться, как Бетал возмужал, и в конце 1948 года его призвали в армию. В марте 1949 года семья получила от него письмо, где он сообщал, что вместо службы учится в школе ФЗО на проходчика горных выработок и проходит практику на подземном руднике "Молибден" Тырныаузского ГОКа. После обучения он должен проработать на руднике 3 года, которые ему зачтутся как служба в Советской армии.

В 1950 году старшая сестра Люца решила переехать в Тырныауз, чтобы быть поближе к Беталу. А в январе 1951 года в Тырныауз переехала вся семья Блаевых. Бетал стал хорошо зарабатывать: 12, 14, а то и 16 тысяч рублей, и семья начала выкарабкиваться из бедности.

Бетал и Люца

Бетала назначили бригадиром проходческой бригады. В 1951 году он со своей бригадой установил первый Всесоюзный рекорд по ручной проходке вертикальных выработок - 41 метр восстающих выработок за месяц. В 1952 году он установил второй Всесоюзный рекорд по проходке вертикальных выработок вручную (проходческих комплексов тогда не было) - 66 метров за месяц, и в 1953 году - третий Всесоюзный рекорд - 91 метр за месяц вертикальных выработок бригадой из шести человек.

За выдающиеся успехи в работе и организаторские способности в 1953 году Бетала послали в Свердловский горный институт на шестимесячные курсы по подготовке горных мастеров. Он окончил курсы с отличием и получил диплом с правом работать горным мастером и начальником участка на подземных работах.

Вернувшись с курсов, начал работать горным мастером. В период отпусков замещал начальника участка (обе должности инженерные или среднетехнические). Зарплата горного мастера, естественно, намного ниже, поэтому, проработав мастером один год, Бетал снова ушел на проходческие работы, опять бригадиром - и опять успехи на трудовом поприще.

Бетал с товарищами. Крайний слева Мухарби Анзоров - лучший его друг.

Бетал получил правительственные награды: медаль "За трудовую доблесть", медаль "За трудовое отличие", орден "Знак Почета", орден "Трудового Красного Знамени" и еще один орден "Знак Почета".

В 1956 году Бетала представили к награждению "Орденом Ленина" и Звездой Героя Социалистического труда. Материалы были согласованы в комбинате и горкоме партии и направлены в обком партии. При обсуждении кандидатуры кто-то из старых коммунистов задал вопрос: "А кого это мы хотим наградить? - сына врага народа, репрессированного в 1937 году, - он Блаев". И материалы вернули в Тырныауз, предложив наградить кого-нибудь другого из его проходческой бригады. Хотя из всех Блаевых в 1937 году только Хагуциру не смогли репрессировать, слишком очевидным было его бедное происхождение и раннее вступление в ряды большевиков.

В бригаду кроме четырех бурильщиков (а это ведущая профессия проходчиков) во главе с бригадиром Беталом Блаевым входили и два откидчика, которые очищают забой от взорванной горной породы. Откидчику Михаилу Домничу и досталась высокая награда.

Вскоре после этих событий у Бетала наступила некоторая депрессия в работе. Врачи при очередной ежегодной проверке его здоровья в 1959 году обнаружили профессиональное заболевание легких - силикоз. Это, когда внутренняя поверхность легочных тканей покрывается мелкодисперсной пылью оксида кремния (SiO2). Эта болезнь неизлечима. Врачи порекомендовали Беталу сменить работу, стали выводить его на "поверхность".

В 1958 г. Бетал женился на красавице Гошане Небежевой, уроженке с.В. Курп (с. Енороково) Терского района, бухгалтере по профессии. В апреле 1959 года умерла его мама - Уля. Несколько месяцев спустя родился первый ребёнок - дочь Фатима. В 1961 году родился сын Аслан.

Бетал и Гошана Блаевы с коллегами по работе Бетала: Журтовым Бердом (крайний слева) и Гедгафовым Эдуардом (крайний справа)

В 1962 году, через КБ Совнархоза, Бетал был переведён на работу в цех выщелачивания Нальчикского Гидрометзавода бригадиром на промывке вольфрамовой кислоты. В связи с этим, семья Бетала переехала в г. Нальчик

На "Гидрометзаводе" Бетала очень уважали. Наделенный цепким природным умом, врожденной интеллигентностью и трудолюбием, честный, доброжелательный и искренний, он был любимцем всего комбината. Активно занимался изобретательской и рационализаторской деятельностью.

За выдающиеся успехи в работе на ТВМК и НГМЗ, за организаторские способности Бетал Блаев получает высокие правительственные награды: медаль "За трудовую доблесть", медаль "За трудовое отличие", орден "Знак Почета", орден "Трудового Красного Знамени" и еще один орден "Знак Почета", а также множество Почётных грамот.

На промывке вольфрамовой кислоты работа была физически тяжелой, но Бетал, привыкший к физическому труду в юности, а затем на подземном руднике, трудностей не боялся, за что был неоднократно награжден Правительством Союза и Республики.

Работая на Гидрометзаводе, Бетал начал посещать вечернюю школу, чтобы получить аттестат о среднем образовании, чего он и добился, закончив программу 11-летнего образования. Вскоре его выбрали депутатом Верховного Совета КБАССР. Он был депутатом трех созывов.

В возрасте за 50 Бетал и Гошана испытали большую радость - у них родился ещё один ребёнок, сын Анзор.

Работа в гидрометаллургическом цехе тоже была опасной для здоровья - в атмосфере цеха витали пары химических реагентов, кислот и аммиака. Со временем Бетал был вынужден уйти на пенсию по состоянию здоровья. Недолго он был на пенсии. Вскоре тяжело забелел и умер в 1990 году, так и не увидев долгожданных внуков - Ляну, Рамазана (детей Аслана), Хусейна и Руслана (детей Фатимы).

Бетал Блаев прожил нелёгкую, насыщенную драматическими событиями жизнь. Немало испытаний выпало на его долю, как и многим его ровесникам, в те далёкие, тяжёлые для страны годы, но прошёл он через них мужественно. Он был очень скромным, мягким, с чувством глубокого внутреннего достоинства человеком. Его отличали такие черты характера как честность, беззаветное служение избранному делу, природная интеллигентность, талантливость и великое трудолюбие.

.

"ЧЕЛОВЕК ШАХТЕРСКОЙ ЗАКАЛКИ"
Автор А. Крищенко
"Кабардино-Балкарская правда" от 24 февраля 1967 года

- О Бетале Блаеве уже писали. Рассказывали о нём в радиопередачах, выступал он и по телевидению. Не избаловали ли его вниманием? Я спросил его об этом. Он не обиделся, а улыбнулся доброй, открытой улыбкой. И весь его характер проглянулся в этой улыбке, в привычке смотреть собеседнику прямо в глаза.

О себе человек, как правило, много не рассказывает, поэтому я пошёл сначала к парторгу гидрометзавода Ламлежеву Баширу Алиевичу. Он встретил меня вопросом: - Опять к Беталу? Из газеты?

- Через несколько минут в кабинет вошёл человек средних лет в рабочей робе.
- Вот он, наш Бетал, - говорит парторг, представляя вошедшего. Знакомимся. Запоминается крепкое пожатие твёрдой руки, спокойный взгляд и ... сдержанность. Отвечает немногословно. После окончания ФЗО четырнадцать лет проработал на шахте. А вот теперь - на заводе.

В цехе Блаев стал разговорчивее: - Вот наша продукция - вольфрамовая кислота. До превращения в настоящий металл ей предстоит ещё дальняя дорога... Наша беседа прервалась как только к Блаеву подошёл рабочий. Бетал стал объяснять ему что-то и, видимо, забыл о моём присутствии.

"Хорошо, что в запасе вечер", - подумал я, уходя с завода. Запомнились слова парторга: "Всё хорошее, что можно сказать о человеке, относится к нашему Беталу. Мы гордимся им. Достойная кандидатура в депутаты".

Человеческое счастье невозможно без домашнего уюта, без тепла женских рук, без звонких детских голосов. Детские голоса неожиданно заспорили о чём-то, когда мы с Беталом и его женой Гошаной заговорили о семье. Бетал прошёл в детскую и пригрозил спорщикам: "Не ссортесь, а то дядя напишет об этом в газету". Девочка посмотрела на отца своими большими карими глазами и ответила: - Не напишет. - А ты как думаешь? - обратился Бетал к мальчику. - А я думаю - напишет. Улыбаясь, Бетал начал рассказывать о детях...

... Воспоминания ... За прожитые 38 лет, из которых почти половина прошла на шахте, у Бетала их накопилось немало. Он работал бурильщиком, мастером штольни, начальником смены. Но люди такого склада как он, всегда скуповаты на слова, всегда за них больше говорят родные, близкие, друзья.

Гошана просит "Расскажи про тот случай" и показывает на тронутый сединой чуб Бетала. - Работал я тогда в подготовительной смене начальником. Случай этот произошёл в бригаде добытчиков, на горизонте грохочения. Увлёкшись, Бетал взял карандаш и стал чертить тот горизонт. Он рассказал о двух своих товарищах, которые вместе с ним шли спасать человека, рискуя каждую минуту быть раздавленными породой. - Когда мы уже почти наполовину откопали его, он стал просить подорвать его вместе с породой, которая угрожающе надвигалась на нас. Мы всё же вытащили его. Но с тех пор я и начал седеть.

Взрослея, мы вспоминаем детство, юность. В этих светлых воспоминаниях на первом месте - учитель, наставник, советчик. Учителя Бетала - товарищи по работе. С десяти лет, лишившись отца, он стал обучаться мастерству рабочего, а с четырнадцати начал зарабатывать свой хлеб.

- Шахта любит смелых и осмотрительных, - говорит Бетал. - В первые годы лихачество так и выпирало из меня. Один раз чуть жизнью не поплатился. Крепко по шахтёрски отругали меня товарищи. Надолго я это запомнил и в назидание потом часто ученикам рассказывал. Был как-то у меня ученик, отчаянный парень, любил заигрывать с опасностью. "Привяжись", говорю ему, когда мы стали врубаться в пласт. Не слушает. "Как-то неудобно привязанному, - говорит, - вроде цепной собаки, мне так свободнее". Пришлось бросить работу и привязать его насильно. Только отошёл от него - завал. Оглянулся: висит мой парень бледный как полотно. "Ну что, - говорю, - отвязать, чтоб посвободнее было?" Молчит, оглушённый испугом, - ведь внизу 60-метровая глубина. Подтянули мы с ребятами его, посмеялись ... С тех пор стал паренёк умнее и осторожнее.

Да ... Много потрудился за свою жизнь этот сравнительно ещё молодой человек с проседью в волосах. Сейчас ему под сорок. Есть у него семья, дети, хлопот хватает и на заводе, и дома, а он учиться взялся. Про себя он не рассказал многое: как обжигая руки разжиженной кислотой, закрывал брезентовой курткой реактор и другое. Не рассказал, как после тяжёлой работы учился сам, чтобы потом учить других... "

Февраль 1967 г.

 

на главную